Скачать:  [epub] [epub2] [fb2]
Скачать целиком:  [epub] [epub2] [fb2]

Часть 9. Баба-яга – костяная нога

Драко-чертёжник

В конце концов, зачем нужны помощники? Чтобы помогать! А у меня всегда столько сил уходит на то, чтобы перенести плетение на компьютер!

А ещё и Света открыла, что у плетения есть две ипостаси: само плетение и его тень в Сути. Иногда можно сильно что-то поменять в плетении, а в Сути не изменится ничего. А иногда маленькую капелюшечку изменишь – и всё, труба!

Отказаться от идеи зарисовывания я не могу. Прямо нутром чувствую, что пригодится! А вот что теперь делать? Рисовать и Суть, и плетение? Ну допустим.

Как я рисую плетения? Как провода и кабели. Очень трудоёмкий и рутинный процесс. При этом, как выясняется, возможно даже бесполезный! И тут я подумал: “А что бы не перепоручить эту всю рутину Драко?”

Но ему надо всё радикально упростить, потому что интеллект у него слабенький, специфический. В общем, построить под него систему.

Я выделил для него на виртуальной клавиатуре шесть кнопок с направлениями в пространстве и около каждой из шести ещё по четыре кнопки скорости.

Человек с таким уже не управится. Но если представить, что у человека много-много пальцев, то он может нажать “вправо-вверх-вперёд” и ещё для каждого из направлений нажмёт скорость. Получится: вправо-8, вверх-2, вперёд-3. Таким образом он может перемещать курсор.

Чтобы что-то нарисовать в пространстве, ему надо зажать несколькими пальцами выбранный цвет, а ещё несколькими пальцами – толщину.

Этакое пианино. Причём динамическое: нажал – что-то начало меняться. Если тебе надо, чтобы меняться перестало, – отпусти, так и останется.

Драко выбирает курсором точку. Затем зажимает перо (цвет и толщину) и проводит линию. Только линия объёмная и перо шарообразное. Пока перо двигается, в пространстве остаются за ним копии самого пера. Когда Драко решает, что линия нарисована, он жмёт кнопку “готово”, над копиями перьев выполняется математическое преобразование, делающее из них этакую проволоку: от шарика остаётся только цвет и касательная окружность.

Всю эту фигню написал на игровом движке, посмотрев несколько обучающих видео. Обучал Драко рисовать плетения в этом… гхм… редакторе плетений несколько недель. Но зато когда обучил, настала райская жизнь! Он может очень медленно (на одно плетение тратит не менее пяти часов) зарисовать плетение в компьютере.

Медленно – не беда. Главное – самостоятельно!

После этого я получаю файл, который могу разглядывать, могу отправить на печать на 3D-принтер. В реальности на 3D-принтере, конечно, оно не напечатается, потому что ниточки развалятся. Но если руками расставить поддержки, то можно напечатать!

Мы со Светой наворовали разных плетений из аур магов. К сожалению, телепортов попалось только три штуки. Вероятно, это очень редкая вещь и встречается только у эльфов и шишек. Драко понемногу заполняет базу данных 3D-рисунками.

Правда, функциональное назначение большинства плетений до сих пор нам не известно.

– Вы разобрались с уничтожением телепорта?

– Только с механизмом.

– И какой механизм?

– Высший маг с берега забрал жизни всех в здании, а затем заклинанием уничтожил связь фиолетового накопителя с вратами. В итоге врата остались без энергии и их втянуло.

– Откуда взялся высший маг?

– У меня есть предположения.

– Выкладывай.

– Нам говорили, что старейшины управляют огромным запасом Синевы. Может быть, стоит провести её аудит?

– Ты смеёшься?

– Других объяснений у меня нет. Мы посчитали объём всей похищенной Синевы. Для того чтобы стать высшим, её недостаточно. Простой маг не смог бы проделать подобное.

– Ладно, иди, я подумаю над этим.

Интеграторы и усилители

Я уже пять раз попытался создать телепорт на основе образца, но ни один не дошёл даже до стадии испытаний, поскольку его сутевое плетение отличалось от эталона.

Я попробовал по предложению Светы плести прямо в Сути. Но результат тоже очень странный: вроде бы получается похоже, а не работает! Вероятно, чтобы плести такие сложные вещи, всё-таки необходимо либо понимание того, что делаешь, либо навык, наработанный с наставником. А такой навык у меня есть только для фаерболов, и то – условно.

Поскольку теорию мне всё равно читать никто в ближайшее время не будет, то я продолжаю сам разбираться с плетениями, прежде всего фаербола.

Раз уж я привык манипулировать понятиями “напряжение” и “ток”, перенёс их на магию. Ток – это сколько энергии проходит через нить плетения в единицу времени.

В джоулях мерить энергию Маны некорректно (эта величина зависит от цвета и ещё многих факторов), поэтому за единицу взял примерно кубический сантиметр энергии из зелёной Маны. Эту единицу считаем… эм… единицей. Если эта единица проходит по нити в секунду, то будем считать это одним… эм… ампером.

Вот так, перенеся некоторые аналогии на магический мир, я выяснил, что, например, закон Кирхгофа для электрических цепей применим и к магическим: если в одну нитку втекло пять единиц зелёнки, а потом вытекло в две другие, то сумма всех магических токов узла будет равна нулю.

Классифицировал нити по магическому сопротивлению. Здесь всё оказалось очень красиво и логично. Чем краснее нить, тем выше сопротивление. Это если выделять нити чистого цвета. А вот смешение нитей даёт непредсказуемый результат. Если я смешал две Маны и сделал из них энергетическую нить, то её сопротивление будет одно. Если я смешал две энергии в той же пропорции, то сопротивление будет другое. Здесь предсказуемого результата я не нашёл, но засел за вольтметры и амперметры и сделал таблицы сопротивлений Ман. Теперь, когда мне нужно то или иное сопротивление, я ищу в таблице цвет и делаю.

Ах да! Вольтметры и амперметры. Я сделал натуральные стрелочные измерители магического напряжения и тока. Надрессировал конструкт смотреть силу тока и светиться в зависимости от неё. Свет попадает на фотодатчик, а далее небольшой схемкой на паре операционных усилителей выводится на стрелку измерителя.

Так вот, зачем я всё это рассказываю. Это были исследования магии в линейных диапазонах. Нить – магический резистор. Энергия – магическая батарейка. Нужен нелинейный элемент. Я поразмышлял, и он нашёлся. Это тройник материализации!

Я снял вольт-амперную характеристику (ВАХ) с этого… гм… прибора, и она оказалась сильно нелинейной.

У плетения материализации четыре нити: три входные и одна общая.

Взял два входа, пустил через них ток на общую, затем стал подводить ток к третьему выводу. Получается материализация. В зависимости от того, что там такое материализуется, сила тока меняется непредсказуемо, однако переходы сравнительно плавные.

Я стал искать кусочек нелинейности, на котором можно работать, снимал ВАХ. Искал такое сочетание, чтобы ток в условную “базу” этого элемента управлял током в сто раз большим, чем он сам. И чтобы близко к нулю работало.

При поисках я подбирал толщину и цвет входов; нужное сочетание нашёл, когда поменял базу и коллектор местами. В целом это случайность, но меня устроила ВАХ. То есть база – это два коричневых входа, а коллектор – один красный. Эмиттер – общий, он тоже красный. Такой транзистор я назвал npn. Так же нашёл вариант pnp-транзистора, работающего на том же диапазоне напряжений и токов.

Покопался в справочниках и на этой машинерии собрал магический операционный усилитель (ОУ). В качестве проводников использую нити из фиолетовой Маны.

Осталось найти конденсатор, чтобы собрать интегратор.

Роль конденсатора сыграл накопитель, о котором я рассказывал раньше.

Итак, что у меня есть? - Я могу подавать магическое напряжение, условные 15 магических вольт. - На этом напряжении у меня есть магический операционный усилитель. Который может играть роль компаратора, если используется без обратной связи. - Используя накопитель как конденсатор, я могу делать интеграторы.

Зачем мне это нужно? А это основа аналоговой вычислительной машины (АВМ)!

Например, нужно мне сделать задержку две секунды до взрыва фаербола, я беру источник напряжения на 15 вольт, подаю его на вход интегратора.

Интеграл постоянного числа – это что? Возрастающая линия.

Значит, выходное напряжение интегратора будет расти линейно с течением времени.

Выход интегратора подаётся на вход компаратора. Когда напряжение на выходе интегратора достигает порогового (определяемого двумя резисторами), то компаратор срабатывает, и питание накопителя энергии фаербола отключается.

Бух!

Для коммутаций значительных (силовых) потоков энергии я использую не транзисторы, а магический аналог реле. Может быть, когда-нибудь расскажу о его устройстве.

Я заменил в стандартном фаерболе систему задержки на задержку собственного приготовления, на ОУ, управление взрывом переделал на использование реле.

Плетение фаербола получилось монструозным, большим. Но важно ведь что? Важно то, что я понимаю, как оно работает!

А когда инженер понимает, как сделать кирпичик, он может построить здание любой высоты!

Одна беда – я пока не смог придумать аналог магической катушки индуктивности.

Мой фаербол материализует какой-то газ. Я пока не разобрался до конца какой, очень похоже, что это неон с какими-то примесями.

Я плету теперь только свои фаерболы и светильники. Света надо мной смеётся!

Мысленная интеграция между мной, Светой и Степаном растёт. Однажды Света ушла на другой конец города по каким-то делам. Я возился со своими интеграторами, как вдруг в голове зазвучали её мысли!

– О, ты что, уже вернулась? – удивился я.

– Нет, это ты где-то здесь?

– Я дома.

– Я о тебе подумала и улыбнулась, а потом услышала!

– Ура! Скинь мне точку на карте, где ты находишься, я измерю расстояние!

– Хи-хи! Сейчас…

Но такая дальняя связь работает не всегда. Нужно какое-то специфическое состояние или настрой.

Мы так и не доехали до Светиного отца. После того как пришлось экстренно бежать через телепорт из Глазова, мы решили сделать паузу. Устроили себе нечто вроде медового месяца.

И вот стартуем только сегодня – первого августа.

Глазов

В этот раз мы не делали большого шума по дороге. Везде, где мы когда-либо были, работают наши сборщики. Они периодически “зачищают поляну”.

В Казань мы снова заехали потому, что она по дороге. Остановились поглазеть на место, где Степан порезвился, и увидели… новую иллюзию!

Под иллюзией вовсю шла стройка. Работала тяжёлая техника. Самое интересное, что иллюзия поглощала звуки! Я попросил Драко запомнить, а потом зарисовать плетение.

Кстати, в соцсетях не было никакого шума о разрушении здесь здания. Я выкладывал видео на торренты, да ещё пара блогеров писали. Им не поверили, а вот мои раздачи поддерживает довольно много народу.

Судя по скорости стройки, восстановят здание уже в следующем году. Я посовещался с Драко, и мы оставили тут конструкт, который будет жить внутри здания. Когда его введут в эксплуатацию, конструкт будет изредка пакостить и тырить Синеву. А если защитят её так, что ему будет к ней не пробраться, будет просто пакостить.

Назвал это творение полтергейстом. Полтергейст умеет копить энергию, плести моё плетение фаербола (медленно, правда, но быстро ему и не нужно), запускать его и прятаться.

Во весёлая жизнь тут начнётся, когда здание начнут использовать!

– Интересно, это место что-то значит для их магии?

– Либо оно просто удобное. Центр города и на воде, – ответила Света.

– Ну, что? Погнали в Глазов? Ты за рулём или я?

– Я!

О событиях в Глазове тоже никто ничего не писал в СМИ. Вообще никто. Я снимать видео не мог, а когда очухался, было не до того. Население целого, пусть и небольшого, города теряло сознание. И ни словечка!

В Глазове мы забронировали квартиру. План у нас – поисследовать его Центр.

Как я и предполагал, Центр оказался особый, с маскировкой.

Недалеко от центра города, на улице Циолковского, стояло девятиэтажное здание. Оно было обнесено забором, а иллюзия показывала, что тут тоже забор и стройка.

Вероятно, отсюда истекала эта желчь.

Понаблюдав за Центром, мы наткнулись на ведьму, которая жила там неподалёку. Интересно, что вокруг её дома клубилась чёрная Аура, очень похожая на Ауры вокруг накопителей Синевы, которые мы постоянно экспроприируем.

– А может быть, это она желтизну сварила? – предположила Света.

– А может, и она.

– Как узнать? …Смотри!

На крыльцо вышла бабка, повесила на дверь висячий замок и двинулась потихоньку по улице.

– Конструкты не пускай: ведьмы их хорошо видят! – предостерёг я Свету, уже составляющую Рите задание.

– Думаешь, она сможет её поймать?

– Если хочешь попробовать, отправь другого. Риту жалко. А вообще, давай пока просто посмотрим.

Бабка удалилась, мы сели на остановке и стали конструктами осматривать её жильё.

Аура вокруг её домика была примерно таким же плетением для сбора Синевы, как и у магов. Только сделано всё из Черни. А ещё тут был стационарный телепорт. Тоже чёрный.

– У ведьм тоже есть группы реагирования?

– Выходит, что есть.

Возвращаясь, бабка спокойно прошла мимо застывшего конструкта-наблюдателя.

– Если он не шевелится, она его не видит.

– Смотри! У неё проклятие в ауре! – закричала мысленно Света.

– А-а-а, да! Кажется, я у других бабок видел такое же.

– Может, это та болезнь, от которой они все дряхлые и старые?

– Может быть. – Я разглядывал проклятие в ауре бабки.

– …Слушай, а ты мог бы её вылечить? – задумчиво предложила Света.

– Наверное. Надо подумать. Тут придётся чёрный конструкт делать. Я не пробовал, но, кажется, смог бы. Только я не хотел бы с ней пересекаться!

– Давай это сделаем дистанционно?

– А какая нам польза лечить её дистанционно? – засомневался я.

– А мы с неё слово возьмём, что она… что она… ну что-нибудь попросим её обещать!

– Тоже дистанционно?

– Ага!

Я задумался. Пока я думал-придумывал, мы разыскали ещё трёх бабок и осмотрели их. Да, действительно, у каждой есть проклятие в ауре.

У этой бабки проклятие на основе энергии Жизни. То есть для них действует так, будто для нас проклятие на основе энергии Смерти.

Когда я проклинаю, то обычно энергию Жизни использую. Хотя для боевых конструктов делал и проклятия с Чернью. Из мамы Саши мы изгоняли проклятие на энергии Смерти. В общем, проклятия и такие и сякие бывают.

– Я поняла! Они это проклятие получают при инициации!

– А мы дронов сколько взяли?

– В рундуке два лежит. Ты что, забыл? Разве такое возможно, чтобы ты забыл?

– Ещё нам нужен планшет и электронный голос. И сим-карта. Я устал бомжей обхаживать, упрашивая сходить за симкой. Может быть, ты?

– Я?

– Я пошутил. Конечно, это несерьёзно. Пошли домой.

Я взял самый маленький дрон и десятидюймовый планшет. Набросал программу-переговорщика. Я печатаю что-то на клавиатуре, планшет проговаривает голосом через синтезатор. В ответ можно говорить – он отправляет аудиопоток на сервер. Сервер, как водится, на европейском хостинге. Я тоже устал искать варианты, как их анонимно купить. Это ещё сложнее, чем с сим-картами.

Для планшета на принтере напечатал подставку. Дрон может прилететь, поставить планшет вертикально и улететь.

Осталось дождаться, когда бабка уйдёт, и подбросить ей такой подарок в кухню на стол. На всякий случай, как только это произойдёт, мы рвём когти из города, пытаясь вести переговоры издалека. Вдруг опять жёлтое молоко. Оно нам надо?

Интерфейса у бабки никакого не будет. Только речь.

И кстати, если не получится с этой бабкой, можно попробовать с другой!

Зинаида

Зинаида заперла дверь на замок и отправилась на рынок за продуктами. Идти было тяжело, но к этому она давно уже привыкла. Сколько лет прошло? Пятьсот?

Ведьма умирает тогда, когда захочет. Правда, жизнь у неё не сахар. Вот была подруга детства – и надоело же ей жить! И то болит, и сё болит. И добро бы одинаково, а то каждый день по-разному!

“Может, и мне уже это прекратить?”

Ан нет, останавливает что-то. Инстинкт самосохранения, как говорят по телевизору? Скорее интерес. Последние два века чудные. Каждые десять лет всё по-новому. Машины, телевизоры, компьютеры. Жаль, здоровья на всё это не хватает. Но может, изобретут наконец лекарство от всех болезней и заживёт Зинаида как в детстве и молодости? Всё время кажется, что вот-вот, но по телевизору рассказывают про вирусы, антивирусы, а вот нужного лекарства пока не появилось.

На рынке Зинаиду побаивались, хотя тут она никого ни разу не прокляла.

Что надо для проклятия? Отщипнуть кусочек боли своей да пожелать ей доброго здоровьечка, и всё… Приживётся боль-то. Проклинала Зинаида редко и только если за дело.

Жизнь проводила перед телевизором, а по вечерам плела. Плела узоры из Смерти, чтоб прогнать болезнь. Подруга много заклинаний придумала, облегчающих жизнь, да вот сдалась. А Зинаида пока бодрячком, держится!

Она купила зелени, огурчиков на салат и собралась домой, как на пальце застрекотал камушек.

“Это кто же ко мне наведаться решил?”

Сколь могла прибавила шагу, но как ни торопилась, а минут пятнадцать потратила.

На пороге никого не было. Замок висел на месте. А дома будто кто-то говорил.

“Мальчишки, что ли, залезли? Ну, сейчас я им задам!”

Она отперла замок, вошла на кухню. На столе стоял маленький телевизор, на нём была изображена рожица, и она обращалась к Зинаиде!

– Добрый день! Я хотел бы с вами поменяться, – сказал голос. Голос был женский, но почему-то говорил от лица мужчины.

– Чем поменяться? – опешила Зинаида.

– Я могу вам предложить исцеление от вашей болезни.

– А что взамен? – сразу спросила Зинаида.

– Две вещи. Мне надо научиться делать такие телепорты, как у вас в спальне. Ну и ответы на разные вопросы. В общем, честный разговор.

– А что ж ты сам не пришёл? Через штуковину разговариваешь!

– Боюсь я вас, видел проклятых вами. Лечил.

– То есть ты вылечить меня берёшься, ни разу не подойдя?

– Именно так.

– А как обманешь?

– А мы с вами сделку заключим, – сказал голос.

– А как я проверю, что ты её выполнять собираешься?

– Я свою часть первый выполню, а вы мне пообещаете выполнить свою. Если обманете, то болезнь я вам верну. Согласны?

Зинаида задумалась. Это что, удача? Обман?

– Телепорт я делать не умею. Это почти никто не умеет. Это тайное знание. Не буду тебе врать. А вот книжку тебе мою с заклинаниями отдать могу. Ты в Черни-то силён?

Голос молчал.

– А вопросы, вопросы-то какие ты хотел мне задать?

– Я хотел спросить, как вы стали ведьмой. А также какие дела у ведьм с инквизицией. Пару месяцев назад не помогали ли ведьмы инквизиции ловить кого-то?

– Тебя, что ль, ловили?

– Меня, – ответил голос.

– Стало быть, не поймали. Приходят они к нам иногда. Платят Синевой. Но не любим мы их. Они нас жгли на кострах совсем недавно. Неместные они.

– Что значит “неместные”? Откуда?

– Кто ж их знает? Эльфы ихние не люди. А ещё гномы есть и зверомордые. Их раньше не было. Потом пришли и стали колдунов и магов жечь. Только нас не трогают. Потому что мы чёрные.

Голос молчал.

– Ты чего замолк-то? Не подходит тебе без телепорта?

– Может, вы знаете, где искать того, кто умеет их делать?

– Конечно знаю. Вот через этот переход пройдёшь и к ней попадёшь.

– А если не через телепорт, как к ней попасть? – спросил голос.

– Скажу адресок, чего ж не сказать. Только ты с ней сам договаривайся!

– Ладно. Согласен вылечить вас в обмен на книгу и адрес. Ещё разговор и обещание с неместными не сотрудничать. Идёт?

Зинаида согласилась. А что? Вдруг получится. А нет, так хоть развлечение какое выйдет.

Голос рассказал, что когда болезнь выйдёт, то она всё вокруг перепачкает. Испортит. Поэтому надо найти место в лесу, иначе в доме всё придёт в негодность. Сказал, что готов будет через десять дней. Просил телевизор этот пока убрать подальше, а самой подобрать место будущего лечения.

Чёрные конструкты

Идея создать чёрный конструкт мне пришла давно. С тех пор как я держу Чернь между слоями ауры.

Что такое слой ауры? Это не пустотелый, а полный шар. Он, конечно, может менять форму как угодно, но будем считать это шаром. Шар заполнен аурой. Внутри него находится другой шар, точно так же заполненный аурой. Заполненность не мешает образованию слоёв.

Аура моя тоже такой же шар. Для маскировки я держу над ней несколько слоёв из Синевы, Черни и обычной ауры.

Когда-то я попробовал расширить свою ауру до Черни и потрогал её. Оказалось, что через слой Синевы это делать безвредно. Тогда я расширил ауру за слой Синевы и увидел, что за Синевой моя аура стала чёрной. Как у ведьм.

Поэкспериментировал и прошёл мимо. А когда Света предложила вылечить бабку, я попробовал создать чёрный конструкт. Оторвал от этой внешней ауры кусочек и наделил его смыслом. Получился обычный, только чёрный конструкт.

Хо-хо! Теперь боевые ультраконструкты я буду делать только такие!

Однако всё оказалось не так радужно, как казалось. Драко не может общаться с таким конструктом. Надо выращивать Чёрного Драко либо учить с нуля нового. Драко передаёт все свои знания другому конструкту минут пятнадцать. Если он столько времени будет соприкасаться аурами с чёрным конструктом, то умрёт. Если Драко дать много Жизни, то умрёт чёрный конструкт.

Дилемма.

В общем, с Чёрным Драко я решил повременить, а конструкт-ликвидатор я создам сам.

Десять дней я взял на то, чтобы ликвидатор собрал много энергии на борьбу с проклятием. Я предположил, что в бабке гораздо более сильное проклятие, чем было в маме Саши, поэтому решил энергии накопить с десятикратным запасом, чем для её случая.

Пока мы беседовали с бабкой, я заглянул под её ауру. Её характеристическое число – 20-21-21. Три заготовки у неё, одна по виду – разновидность фаербола. О других надо будет расспросить, если разговор состоится.

– Ты не боишься, что из неё получится супермонстр? – спросила Света.

– Какой монстр?

– Будет ведьма без сдержек и противовесов.

– Это же твоя идея была её вылечить!

– Моя, но теперь я боюсь.

– Я думаю, не должно получиться что-то страшное. Для развития уровня ей нужна Синева, как и всем. Её сложно копить, вон накопитель у неё дома, а она всего до двадцатого уровня дошла. А без Синевы, если она будет бузить, её или маги завалят, или власти.

– Ага, скажи нашему Стёпе, что без Синевы не развиваются!

– Стёпа уникум. Он сходил за Грань, там где-то набрал загашник Синевы и жрёт втихаря. Давай есть слона по частям! Если бабка станет монстром, будем думать, что с ней делать. Винтовка, если что, работала против дежурных, будет работать и против бабок.

На том и порешили.

– Бери с собой этот телевизор и иди в лес. Когда придёшь к выбранному тобой месту – скажи. Через десять минут прилетит заклинание.

– Если ты такие заклинания можешь слать издалека, то зачем тебе телепорт? – съязвила бабка. За эти десять дней она чего только не передумала и сейчас находилась в скептическом состоянии духа.

– Не бойся, бабушка. Всё будет хорошо. Кстати, как тебя зовут?

– Зинаида.

Зинаида попыталась продолжить разговор, но голос не отвечал. Что делать? Она взяла палку, авоську. Положила в авоську планшет. Глазов город маленький, но для её ног – огромный. Поэтому поймала такси и попросила отвезти себя за Заречный парк, в те леса, где уже лет двадцать не бывала.

– Вот тут, милок, останови.

– Тебя подождать, бабуль?

– Не, езжай! Обратно меня внук заберёт!

Зинаида прошла от дороги с километр. Остановилась возле сухих коряг и болота. Достала планшет и сказала в его улыбающуюся рожицу:

– Ну, давай здесь.

– Нужно лечь на спину и раскинуть руки в стороны, – скомандовал всё тот же женский голос.

– Мокро здесь ложиться-то!

– Ну так выбери место, где сухо.

Зинаида побродила, нашла пригорок, легла. И потеряла сознание.

Очнулась она в густых-густых зарослях. Попыталась встать, но трава подавалась под ней и расходилась в стороны. Ноги проваливались.

Боли не было.

– Это где я?

– Интересно! – сказал голос.

– Чего тебе интересно?

– Твоя болезнь была на основе Жизни. Она вышла из тебя, и всё вокруг выросло.

Зинаида посмотрела на корягу, которую выбрала ориентиром, когда искала место. Сквозь неё рос огромный толстый дуб. На вид ему было лет сто. И трава, трава под два метра!

– Как же мне отсюда выбраться?

– Выбирайся. У тебя же теперь ничего не болит?

– Не болит, милок. Не болит.

– О нашем уговоре помнишь?

– Конечно помню. Я и к Лизавете сама схожу. Поговорю с ней за телепорты. Если вы её вылечите, и она вам книжку свою отдаст.

– Я забыл спросить, а книжка на каком языке? – спросил голос.

– На русском, милок, на русском. Их все от руки переписывают. Только зачем же я таксиста отпустила?

– Ладно, бабуль, добежишь до дома – поговорим, а пока отключаюсь!

Вышла на связь бабулька неожиданно быстро. Мы думали, часа два пройдёт, но нет – она долетела до дома за полчаса. Выйдя на дорогу, сразу поймала машину, обаяла водителя, и тот её довёз почти до места.

Показала камере планшета книгу. Книга небольшая, но дрон не утащит. Договорились, что оставит дом открытым и уйдёт на рынок. Света её сопровождала издалека, а я зашёл и книгу забрал.

А через десять дней мы лечили Лизавету. Жила Лизавета где-то в районе Магадана. По земле десяток тысяч километров, а через телепорт это рядом. К моменту лечения Лизаветы Зинаида выглядела уже как женщина лет пятидесяти-шестидесяти. Ходила без палки.

Они нас приглашали всё-таки прийти к ним в гости, но мы не решились. На всякий случай оставили им пароль, который позволит нам идентифицироваться.

Книжки их я отсканировал и вернул. Вернул уже не бабкам, а скорее тёткам. Неплохие оказались тётки. Просто судьба у них нелёгкая.

Ведьму делает другая ведьма из маленькой девочки. Даёт ей выпить специального отвара. Насколько я понял, отвар с Чернью, в книге описан. Даёт девочке отвар и проклинает. Без проклятия или с недостаточным проклятием Чернь не приживётся, убьёт.

Тот, кто делает ведьму из девочки, делает это обычно в корыстных целях: получает себе ученицу, которая ухаживает, убирает. И растёт новой ведьмой.

Пока ведьма молода, у неё всё как у обычных людей. Разве что колдовать умеет. В старости же проклятие начинает давить. Жить с ним можно, но некоторым не по силам. От постоянных болей характер у ведьм портится, со всеми вытекающими последствиями.

Зинаида рассказала нам о ведьмином приветствии. Если его сказать какой-нибудь ведьме, то она если не поможет, то по крайней мере вредить не будет.

Рассказала и о колдунах. Иногда ведьмы делают колдунов из мальчиков, но это не те колдуны, о которых она нам рассказала. Ближайший известный ей колдун живёт недалеко от Омска. Зовут его Лютобор. Колдунов осталось мало, поскольку инквизиция почти всех их сожгла. А о ведьм, колдовство которых основано на черноте, инквизиция зубы ломала-ломала, да в итоге оставила их в покое.

Чернь в ауре, оказывается, тоже отличная маскировка от инквизиции.

Мы спросили у Зинаиды и Лизаветы, не имеют ли они ничего против, если мы снесём здесь Центр. Те заверили нас, что будут только рады. На том и расстались.

Отец

– Итак, Стёпа, давай ещё раз. Мы отъезжаем. После этого здание полностью твоё. Потом мы все вместе заходим в него. Ты нас защищаешь, если какие маги появятся.

– Я могу их жрать?

– Да, Стёпа, сегодня праздник!

Ещё вчера я обследовал конструктами всю округу – все, какие нашёл, камеры вывел из строя.

Мы проехали мимо “стройки”, Стёпа выпрыгнул в окно. Машин здесь мало, никто не заметил. Мы развернулись и запарковались на противоположной стороне.

Когда здание проявилось, направились к нему. Пока зевак нет, нас никто не увидит. А выходить из него мы не планируем: уйдём при помощи телепорта.

Повсюду под ногами во дворе валялись осколки защитного купола. Я поднял один и сунул в карман. Поизучаю в спокойной обстановке.

После того как дверь за нами закрылась, я повесил перед ней небольшой отрегулированный фаербол. Он пышет жаром. Пройти мимо него не получится. По крайней мере простым людям.

Войдя, мы попали… в Средневековье. На стенах висело холодное оружие. В дверях стояли воины с копьями. Осмотр показал, что чем-то колюще-режущим вооружены были абсолютно все в здании.

– Это что за хрень, Светик? Ты что-нибудь понимаешь?

– Может быть, они из другого времени?

Мы поднимались, понемногу исследуя здание глазами и конструктами. Это был не музей, это было что-то реально средневековое. Люди в мантиях с капюшонами, рыцари с мечами.

– Какое-то отсутствие логики! Я не понимаю! – не мог успокоиться я.

– Что тут непонятного? Ну Средневековье. Ну живут они в нём. Может, на дуэлях ещё дерутся. Подумаешь!

– Но зачем?!

– Гляди, в охране в основном люди, а в кабинетах в основном эльфы!

– Да, я тоже заметил.

Холодное оружие у большинства было с какими-то встроенными плетениями. Драко запоминал.

В подвале мы нашли настоящую тюрьму и пыточные камеры с распятыми людьми.

…На улице заголосила сирена.

– Похоже, наткнулись на мой замок.

– Нам пора. Мы, кажется, всё здесь увидели?

Я взял одно плетение стационарного телепорта, установленное в подвале, вложил его в конструкт и велел барражировать на высоте с километр. А ещё оставил тут парочку полтергейстов.

– Открывай переход, а я уберу замок. Пусть зайдут, посмотрят.

Мы вернулись к машине, поглядели на толпу у входа, потихоньку тронулись и поехали. Драко занялся отрисовкой собранного материала. Недели три ему теперь трудиться. Хорошо хоть сон ему не требуется!

– Светлячок! – закричал здоровый дядька в форме.

– Папка!

Я стоял и разглядывал носы своих кроссовок. Всегда чувствую себя неловко в такие моменты.

– Папа, знакомься, это Игорь. Мы к тебе в гости!

– А я иду и гадаю: что за машина у калитки стоит?

– А это я её вожу! Представь?

– Да ну?!

– Игорь, – я пожал протянутую мне руку. Вернее, попытался не взвыть от боли.

– Алексей Фёдорович. Можно просто Алексей.

– Очень приятно.

– Светлячок, а он у тебя стрелять умеет?

– Умеет, па.

– Точно умеет?

– Я и научила.

– О! Грамотный подход. А то я всё думал, где же ты найдёшь такого, чтоб стрелять умел? Это же твоё условие было. Ну вот ты сама его и выполнила! Ну что, пошли в дом?

Я заглянул под ауру Алексея Фёдоровича и увидел там конструкт. Улыбнулся: Света на эмоциях даже из мысленной связи выпала, а лечебный конструкт прямо сразу отправила. Хотя не видно, что он ему необходим. Мужик очень спортивный, явно здоровьем не обделен.

У меня в голове осталась частичка Светы, поэтому мне тоже хотелось радоваться, прыгать, обниматься.

– Интересно, если попробовать ещё раз полное слияние. Если его начать практиковать. То какими людьми мы станем? Совсем одним человеком? – подумал я.

– А мы можем попробовать! – ответила мне Света.

– О, я думал, ты не слушаешь мои мысли.

– Может быть, не слушаю, но слышу. Ты Степана выпусти. Что он у тебя в слинге мается?

– А, да!

Я выпустил Стёпу гулять по дому.

– А этого молодого человека почему мне не представили?

– Это Стёпа. Па, а как ты понял, что он молодой человек?

– Старый я, а значит, мудрый!

Мы сидели за накрытым столом, разговаривали о всяких пустяках. Я улыбался, и мне было так уютно, как бывает уютно только дома. Но почему-то и здесь, как и в случае с мамой, настроение омрачало предчувствие, что это последняя встреча.

– Откуда это чувство? У тебя тоже есть? – спросил я Светлану.

– Да, есть. Не знаю почему. Возможно, нас поймают и убьют? Маги могут такое чувствовать?

– Если есть предчувствие будущего, его надо исследовать и использовать как инструмент, чтобы это будущее менять!

– Милый мой учёный!

– Инженер я, не учёный! Учёные деньги пилят, а мы гайки крутим. Совсем разные вещи!

Я прикрыл глаза и стал смотреть бабкины книжки. Они были похожи на книги с рецептами. Здесь было очень много всего, но, как водится со всеми этими магами, не было ни одного ответа на вопрос “почему?”. Единственное, что полезно, – так это то, что на рисунках плетений ручкой были отмечены вещи, которые важно делать тщательно.

Установка стационарного телепорта – довольно сложное дело. Сперва создаётся плетение-маячок. Оно представляет собой два медальона или бусины. Одну бусину берёт один человек, другую – другой. Затем они должны разъехаться по точкам. Один активирует маяк, а второй начинает плести телепорт. Маяк вроде притягивает плетение телепорта.

Если верить книге, то получается, что телепорт у себя дома бабка плела где-то месяца три, а другая удерживала на этом месте маяк.

По мере создания плетение исчезает, но при этом существует. Получается, основная часть плетения находится где-то… гм… в подпространстве. Поэтому то, что я зарисовывал плетение телепорта, мне никак не могло помочь его сплести. Я ведь видел только его часть.

А одноразовый телепорт, видимо, ещё сложнее. У него не стационарный тоннель, а временный. Но в книге одноразовые телепорты не описаны.

В общем, мы со Светой теоретически такое можем по книжке сплести, но смысла тратить на это месяцы пока нет. Может, в будущем пригодится.

– А на крыше телепорты-то появились за один день! – заметил я.

– И выглядят очень похоже на те, что в книге, – продолжила мою мысль Света.

– Может, у них есть артефакт, который их делает?

– А ещё, может быть, они его плетут, а потом как-то могут переносить с места на место.

– Куча магов-рабов?

– А над ними надсмотрщики с плетьми, ага!

Будущее под присмотром

Эти общие предчувствия беды у меня и Светы заставили подумать над тем, какие эксперименты можно тут провести, чтобы вычленить… что-то вычленить.

Я сходил купил детскую игру с игральными костями. Полный компьютер у меня генераторов случайных чисел, а я кубики купил. М-да.

Света гуляла с отцом, а я бросал кубик и записывал результат. Бросал бесцельно. Бросал и записывал. Один. Пять. Два…

Когда собралась статистика на тысячу бросков, я подбил результаты. На каждую цифру пришлось от 146 до 192 попаданий. Если все варианты схлопнуть до двух (до трёх и больше трёх), то соотношение выходит 507 к 493. То есть ошибка около одного процента. С теорией вероятности, пока кубик в моих руках, всё в порядке.

Я начал думать о том числе, которое выпадет. Драко, которого я использовал, чтобы записывать результаты, составил мне новую таблицу. Три? Четыре! Пять? Пять!

Результат анализа этой, уже двойной таблички заставил задуматься. Распределение чисел опять укладывалось в один процент. А вот мои предсказания сбывались в семидесяти процентах случаев, если привести к двум вариантам – до трёх и больше трёх.

Я провёл ещё один эксперимент: предсказывал не конкретное число от одного до шести, а именно “до трёх” и “больше трёх”. Точность предсказаний выросла до восьмидесяти процентов.

– Это что-то ужасное! Получается, будущее детерминировано? – я как-то громко произнёс эту мысль.

– Ты о чём? – всплыла в моих мыслях Света.

– Да не, не слушай меня, это, скорее всего, глупости. Просто показалось. Продолжу исследовать.

– А что ты исследуешь?

– Предсказания. Если у вас там где-то рядом казино, можешь сходить сделать ставку. Выиграешь с вероятностью восемьдесят процентов.

– Ты из-за предчувствий?

– Да.

– Но есть же ещё эти двадцать процентов?

– Есть. Сейчас буду думать дальше.

Я повторил эксперимент с выкидыванием кубика на компьютере. Те же восемьдесят процентов. Затем проделал ещё несколько экспериментов, и в итоге один из них меня успокоил.

Я попросил Драко запускать генератор случайных чисел не сразу после моего предсказания, а со случайной паузой в пределах заданного интервала.

Драко мне даёт сигнал, а я говорю: “Дальше будет ноль” или “Дальше будет один”.

Так вот, точность предсказаний падает с увеличением интервала, оставшегося до события. В диапазоне пять секунд я предсказываю с вероятностью восемьдесят процентов, а в диапазоне пятнадцать секунд – уже шестьдесят процентов.

На эти эксперименты я убил шесть часов.

И что получается?

Есть вероятностные линии, которые маг или чародей может чувствовать. Чем ближе к времени события, тем точнее чувство.

Мир может быть и детерминирован, но эту мысль лучше отбросить, потому что в этом случае мир не имеет никакого смысла. А вот если мир не детерминирован, то у нас есть инструмент предсказания, по крайней мере оперативного. И надо думать, как его использовать. Похоже, стоит начать больше доверять интуиции.

– А могли нас в Глазове с желтизной встречать, исходя из показаний подобного инструмента?

– Могли.

– А почему не поймали?

– А потому, что не детерминирован мир. Либо чувства магов не точны. В данном случае результат одинаков. Будем считать, что мир не детерминирован. Точка.

Вот ещё одно направление развития, связанное с магией. Скоро меня не будет хватать на систематизацию всех знаний.

Мне нужно было на что-то переключиться, и я переделал свои магические вольтметр и амперметр. Раньше они были на конструктах, а теперь у меня есть операционные усилители и я могу их сделать на чистой магии.

Почему нужно на чистой магии? А потому, что конструкты – это живые существа и их мозги работают на частоте около десятка герц. А вот чисто магический вольтметр можно не только к стрелочному прибору подключить, но и к осциллографу.

В итоге у меня получился магический осциллограф. То есть осциллограф вполне обычный, но может измерять магические напряжения.

Я попробовал его на своих “резисторах”, и до меня дошло, чем отличается смесь энергий от энергии из смеси Ман. Если смотреть осциллографом напряжение, создаваемое энергией из смеси Ман, то видим, условно говоря, постоянное напряжение. А если энергии смешивать, то оно пульсирует.

– А почему для пульсирующего случая получаются иными значения сопротивлений? – задал я себе вопрос.

– А потому, что это магическая индуктивность! Ура!

Я, правда, пока не знаю, зачем она мне нужна, но мне казалось, что её не хватает в моей картине мира. Я засел за классификацию магоматериалов уже в разрезе индуктивностей и провозился до утра.

Кстати, накопители над разными материалами накапливают разное количество энергии. Что это? Магическая проницаемость материала?

– Нет, всё, спать! Свет, ты спишь? Можно мне в твой сон? Будем считать, что можно.

Я тихонько скользнул в сознание к Свете и тоже уснул.

Дух Очищения

– Что здесь случилось?

– Высший маг. Так же, как в Казани.

– Откуда он мог взяться?

– Я высказывал предположения.

– А что с накопителями?

– То же самое. И ещё, один телепорт повреждён.

– А почему сюда не прибыло подкрепление?

– Не рискнули. Здесь своих суперов было аж четверо.

– Получается, и правда высший?.. О, а это что за коробочка? Такая у меня на столе лежит!

– Давайте-ка откроем. И правда такая же!

– Получается, здесь был не высший, а снова роботы похозяйничали?

– Получается, так. Только в этот раз они за собой прибрались. Кроме этой коробочки, никаких других частей нет.

– И следов боя нет. Откуда ещё сюда телепорты ведут?

– Новосибирская башня.

– Немедленно туда следователей! Там же второй телепорт!

– Фаербол? Опять? Это третий случай за неделю!

– Мы не знаем, что делать. Каждый уголок здания проверен!

– Этот маг должен же что-то есть, демоны его возьми?! Или это робот?

– В этот раз есть свидетели! Командир третьей охранной пятёрки заметил в коридоре движение. Зашёл посмотреть и увидел медленно поднимающийся к потолку фаербол. Этаж был сразу же перекрыт. Если это робот, то он на третьем этаже!

– Если он не умеет проходить сквозь стены!

Мы ехали молча. Расставание со Светиным отцом подействовало на нас обоих. Эта повышенная вероятность угадываний всё равно давила на меня. Как раз тот случай, когда голос разума говорит тебе одно, а чувствуешь другое.

Чтобы отвлечься, я продолжил листать книжки по чёрным плетениям. Это бесценный набор знаний, хоть и без теоретической части. Например, тут есть плетение, при помощи которого можно издавать звуки.

Я листал и думал о Светином отце, о плетениях звука, о ведьмах и… ни о чём.

Моё меланхолическое настроение прервала Света:

– А мы так и будем партизанить? Может, попробуем изменить расклад сил в этой войне?

– Ты же знаешь, что такой план есть. Нам осталось всего-ничего собрать Синевы, и займёмся. Или у тебя есть другой план?

– Кажется, есть!

Я описываю наше общение со Светой в виде диалогов, на самом деле оно несколько другое. Света повернула ход наших мыслей, вбросив идею в наше обобщённое мысленное пространство. А дальше идея стала общей и детали продумывали мы вместе.

Кому-то, возможно, покажется что в таком… эм… образе общения есть потеря личности, идентичности. Возможно, и так. Вернее говоря, частично именно так дело и обстоит. Но только частично. Эта частичная потеря компенсируется таким уровнем взаимопонимания, которого очень трудно достичь с человеком за многие годы.

– Рассказывай!

– А что, если нам сформировать силу, оппонирующую инквизиции?

– Ты имеешь в виду ведьм?

– Да!

– Поехали назад, к Зинаиде! – решительно сказал я.

– Думаешь, к ней?

– Очень хороший кандидат! Ты пока рули, а я сейчас с Драко попробую придумать призыв.

– А давай наоборот, ты будешь рулить, а я придумывать?

– А давай! Так даже будет лучше!

Мы остановились на трассе, поменялись местами, я сел за руль, а Света начала фантазировать.

– Призыв должен быть ритуальным действием. Это раз! – начала загибать пальцы Света.

– И должен быть доступен только людям с чёрной аурой! – добавил я.

– И во всём мире.

– С этим сложнее. Как думаешь, сколько всего ведьм в мире?

– Ты же у нас любитель всё посчитать — вот и прикинь.

– Давай прикинем. В Глазове было четыре ведьмы. Но допустим, что их там десять. Выходит, десять на сто тысяч. Значит, где-то около миллиона ведьм по всему миру. Армия! Но это очень-очень-очень грубо. Может быть, их триста тысяч, а может быть, два миллиона.

– Всё равно хорошо. Сколько духов для этого нужно?

– Если это по сарафанному радио будет расходиться, то, думаю, пятисот хватит. Несколько лет займёт процесс. Но мы можем сделать в пять раз больше. Я однажды создал шестьсот конструктов. А тут мы работать будем вдвоём, да ещё и на благое дело. Поднапряжёмся!

– Давай список обязанностей для ведьм составим?

– Давай!

– Проклясть одного непроклятого инквизитора. Или двух?

– Давай начнём с одного, – сказал я.

– Объединяться с другими, если против ведьм начинается охота. Не отбиваться в одиночку! – продолжила Света.

– Согласен! Ещё?

– У меня больше нет идей. А у тебя?

– А я ещё бы добавил обязанность делиться плетениями. Сформулируем так: каждая ведьма должна поделиться хотя бы одним полезным плетением с другой ведьмой.

– Думаешь, у них есть миллион плетений в загашнике? – засомневалась Света.

– Ну пусть стараются. Мы им не скажем, какие из требований необязательные.

– Все требования могут быть необязательными, но мы им не скажем об этом! – воскликнула Света. – Итого суммирую. Каждая ведьма должна проклясть одного инквизитора, поделиться одним важным заклинанием с какой-нибудь другой ведьмой, защищать других ведьм, если на них идёт охота. Так?

– И научить других ведьм призыву! Отлично!

Мы развеселились. Очень крутая задумка у нас получилась!

Ехали, пели, и даже Степан нам мысленно подпевал. Ему передалось наше весёлое настроение, и он нам подмурлыкивал.

За те сутки, которые заняла дорога, мы продумали все детали.

Старушка с клюкой пробиралась по тропинке. Видно было, что идти ей тяжело. Вены на правой ноге образовывали распухший ком. Каждый шаг доставлял боль.

За собой она тянула тележку с сумкой. Тележка норовила зацепиться за кусты, тогда старушка останавливалась и двумя руками выдирала запутавшееся колесо из ветвей.

Наконец она выбралась на полянку и остановилась, переводя дух.

Время поджимало. Скоро покажутся звёзды.

Небо сегодня безоблачное, это хорошо!

Старушка стала распаковывать тележку. Достала оттуда тёплое одеяло, постелила на землю. Достала небольшую подушечку и второе одеяло. Сложила всё в виде постели.

Достала две кастрюльки. Дно кастрюльки побольше было в дырках. Старушка насыпала в большую кастрюльку углей, затем провела рукой над ней:

– Огнём души своей я зажигаю этот огонь для тебя!

В кастрюльке занялось пламя. Старушка понюхала его, вынула из сумки какие-то травы и бросила в огонь. Полетели искорки.

Затем она поставила на огонь маленькую кастрюльку. Достала бутылочку и вылила её содержимое в эту кастрюльку. Содержимое было угольно-чёрного цвета и дымилось.

– Этим варевом я начала свой путь. Оно дало мне Силу. Прими этот дар!

Старушка начала помешивать чёрную жидкость.

Когда жидкость закипела, бабулька встала на колени:

– Дух Очищения! Я обращаюсь к тебе в шестой раз! Приди!

Над варевом зажглась звёздочка. Можно было бы подумать, что это искорка от пламени, но она висела неподвижно.

Увидев звёздочку, старушка улыбнулась.

– Ты услышал меня! Спасибо! Я обещаю тебе! Я обещаю научить одну из нас заклинанию, которое она ещё не знает! Я знаю, это будет тебе приятно!

Звёздочка выросла.

– Я обещаю хранить наши секреты от остальных людей!

Звёздочка доросла до размера грецкого ореха.

– Я обещаю быть вместе со всеми, если на нас начнут гонения!

Звёздочка опустилась в варево. Жидкость перестала кипеть. Огонь в кастрюльке потух.

– Земля наша! Проклятие вернётся пославшему его!

Звёздочка поднялась и зависла над головой старушки.

Дрожащими руками бабушка взяла в руки кастрюльку и поднесла её к губам. Выпив содержимое, она посмотрела на звёздочку и улеглась в импровизированную постель. Укрылась с головой, зажмурилась и потеряла сознание.

Через некоторое время старушка очнулась. Выглянула из-под одеяла. Вокруг стоял чёрный, мертвый лес. Оставив все вещи, старушка пошла по тропинке назад.

На границе мёртвого леса она отбросила клюку и выпрямилась.

Виды Глазова нам порядком поднадоели. Мы собрали военный совет в нашем штабе, посовещались и решили наступать на Омск. Военный совет состоял из объединённого сознания командующих вооружёнными силами. На совете присутствовал представитель главной нашей ударной группировки – кот Степан. Он периодически заглядывал в объединение сознаний и вопрошал: “А этого можно сожрать?”

Дорога до Омска с нашей скоростью передвижения должна занять неделю. Эту неделю мы будем продолжать делать конструктов-духов. Духи разлетаются по всему свету. Задача каждого – откликаться на призыв и проводить исцеление ведьм.

Для оперативного отклика на призыв на всю огромную планету сделанных нами духов в любом случае не хватит. Поэтому призыв – это не финальный акт в пьесе, а ещё и более чем недельная подготовка к нему, предполагающая создание определённого фона в черноте. За этот длительный срок какой-нибудь дух да пролетит мимо, и, как правило, призыв должен получаться с первого раза. Но кому-то может не повезти, духов поблизости не окажется и на призыв никто не откликнется. Возможно, это потому, что стоит ещё одного инквизитора проклясть? Кто их знает, этих духов?

Каждое изгнание проклятия из ведьмы духи отмечают в моей базе данных, про которую я почему-то подзабыл, а теперь вот решил отряхнуть с неё пыль. Каждый дух облетает земной шар в случайном направлении на скорости около двухсот километров в час. Затем отчёт о проделанной работе заносит в базу данных. Если он никого не встретил, то путешествие вокруг света занимает у него меньше десяти дней. А если встретил, то как повезёт. Самое сложное было научить конструкты не мешаться друг другу “под ногами”. Если один конструкт уже застолбил себе ведьму для ритуала, то другой должен дальше пролететь.

Первые отчёты должны пойти через дней семь. Мы запустили сарафанное радио в Глазове и Магадане. Дальше, надеемся, оно по телепортам разойдётся по свету.

Я понаблюдал за летающей стороной стационарного телепорта, которую я для прикола отправил на высоту. Плетение рассеялось. То есть простого способа перемещать стороны телепорта нет.

Света – мастер придумывать разного рода странные вещи в магии. Как-то послушав про мои опыты с вероятностями, она загадочно улыбнулась и сказала:

– Я придумала! Останови!

Мы остановились на берегу какой-то речушки, отъехав от трассы на небольшое расстояние.

Я попытался узнать, что же она придумала, но она не разрешила мне подглядывать в её мысли. Затем отошла и что-то долго колдовала на полянке. Из её ауры вылетали разные плетения, она осматривала их, потом кривилась, развеивала и делала новые.

Я решил ей не мешать и занялся модернизацией своих операционных усилителей.

– Вот! – Света светилась. Перед ней плавало маленькое плетение.

– Что это?

– Новый фаербол!

– А в чём фишка? – спросил я.

– Он маленький.

Я посмотрел. И правда, плетение было очень маленьким.

– Покажи!

Света вдохнула в него немного энергии, огненный шар понёсся в реку. Вода вокруг него закипела.

– Ого! Ещё?

– Вот спичка! – засмеялась Света.

В воду полетела маленькая искорка. Плетение было крохотным.

– Рассказывай!

– Я плела наугад, пытаясь сплести огонь. Загадывала “вот так получится!” и плела какую-то мешанину. И вот это самое маленькое, что у меня получилось. Правда круто?

Я осматривал плетение этого фаербола. М-да. Если бы это был первый фаербол, что я увидел в своей жизни, я бы никогда не смог выделить из него какие-то компоненты. Но он работал!

– Офигеть! А телепорт можешь?

– Телепорт не получается, я пробовала. Я фаербол начинала от обычного фаербола. Уменьшала его, уменьшала и уменьшила! На самом деле это не новый фаербол, а улучшенный старый. – Света потупилась. – А телепорт надо сперва научиться делать!

– Ну-ка, я тоже попробую одну штуку!

Я попробовал скомпактить светильник. Свой светильник на операционных усилителях. Через полчаса попыток у меня получилось плетение размером с кулак. До этого оно у меня занимало около половины кубического метра.

Я стал его разглядывать. Да, транзисторы все на месте. Если срисовать схему, то она даже не изменилась!

Я вернулся к разглядыванию Светиного плетения фаербола и убедился, что это действительно всё тот же фаербол, но будто его взяли и, как снежок, руками утрамбовали в маленький комок. Все нити в нём переплелись так, что понять чего-либо становится невозможно. Но ни одна не мешает другой!

Это не печатная плата, но тоже неплохой метод упаковки получился.

– Светик, я думаю, что не только изменять плетения можно, но и придумывать новые. Попробуй что-то простое. Например, чёрный дым. Сделай чёрный дым?

– Давай вместе?

– Я боюсь, моё сознание, пытающееся строить схемы, тут помешает. Давай сама?

– Ну хотя бы гляди сознанием?

– Хорошо.

Света начала плести всякие фигурки. Промелькнули тройники материализации. Промелькнули сетки накопителей.

Через какое-то время, когда мы уже отчаялись, получилась какая-то чашка без ручки, из которой повалил чёрный дым. В этой чашке не было ни одного тройника материализации, но дым шёл!

– В этой магии никакой логики нет, но ты нашла метод! Умница!

– Пойдём что-нибудь съедим? Я проголодалась.

– Скоро город будет, в каком-нибудь ресторанчике отметим это дело?

– Поехали!